И настанет час рассвета....


Фиолетово-чернильная, непроглядная ночь глыбой нависла над плотно прижавшимися друг к другу домами. Холодный ветер, несущий запах ранней весны и перемен, гнул долу тонкие деревца, чудом выжившие на мертвой, каменистой земле. Клочья сизых туч в странном танце заслоняли собой бледную луну.

Сам город в этот предутренний час дышал предчувствием беды. Его особенно остро ощущал живший чуть в стороне от всех старый колдун. Он не мог спать по ночам, почти физически чувствуя, как темные силы окутывают все вокруг слоем неосязаемой ваты.

Отблеск догорающей свечи в тяжелом, бронзовом подсвечнике огнем полыхнул в полуприкрытых глазах колдуна. Старик вздохнул и повернулся спиной к окну. Молодой мужчина, терпеливо ожидавший, пока колдун обратит на него внимание, тут же вскочил с места.

-Уходи, Линго, уходи. Я же сказал, что ничего не могу для тебя сделать.- Колдун махнул рукой на гостя, как на надоедливого щенка.- Я не участвую в ваших межклановых стычках. Это напрасная и глупая трата времени.

-Но это же и Ваш город тоже!-в голосе воина зазвучал металл.-Вы же не можете спокойно наблюдать в стороне за тем, как Темное Войско грабит наши дома и убивает их жителей!

-Меня это не волнует, Линго.- устало пробормотал колдун, проведя ладонью по бледному лбу.- Это ваш город, и ваши проблемы.

-Ая, Вы ведь мне как отец!.-почти кричал Линго, сделав шаг к сгорбленной, маленькой фигурке старика.-Дайте хоть совет- как нам быть?

-Ты пришел не туда. Спроси совета у утренней звезды, мой юный друг. Я..Я всего лишь выживший из ума старик, что с меня взять?

-У какой звезды?Вы снова издеваетесь,Ая?!Ладно,забудьте все, что я тут сказал. Прощайте.

Линго рывком открыл дверь и шагнул в ночь.

Колдун смотрел ему вслед и едва заметно улыбался.


Темное Войско хлынуло на город, словно война грозового моря на прибрежный песок. Беспощадные воины оставляли после себя лишь сожженные пустыни,это знали даже дети. Тот, кто с оружием в руках встал против Темного Войска, так и остался лежать на обагренных кровью камнях. Жители города ринулись к единственному месту, которое давало им хоть и призрачную, но все же надежду на спасение- старой , полуразрушенной церкви Храма Света. Под церьковью находилось подземелье с массой галерей, в них испокон веков жители города пережидали войны и ненастье.

Линго,зажимая рукой большую кровоточащую рану на плече, спустился в подземелье последним, и опустил за собой дубовую крышку люка. Кучка перепуганных, израненных людей с ужасом на него глядела.

- Крепитесь, братья и сестры. Свет шлет нам испытания не страшней тех, которые мы могли бы перенести.

-А что Свет?- вдруг громко сказала жена старейшины, который пал одним из первых. Зеленые глаза сверкнули дикой, кровожадной яростью и болью раненного,загнанного в ловушку зверя.-Где хваленое Войско Света? Где те, кто клялся, что будет нас защищать?

Линго молча покачал головой.


Глава Темного Войска , чуть пригнувшись, чтоб не ударится о низкий потолок, шагнул в хижину старого колдуна.

Ая поднял на него взляд, продолжая помешивать странное зелье в закопченном котелке.

-Ну вот мы и встретились, старый проходимец!-громыхнул вояка, без приглашения шлепаясь на стул.

-Я не особо рад этому факту.-прищурился колдун.-Чем обязан?

-Признай, что ты ошибался. Признай, что я стал великим, бесстрашным воином, одно имя которого наводит ужас на всех вокруг.

-Дэйн, когда я тридцать лет тому сказал твоему отцу, достойному, между прочим, человеку, что на тебе природа отдохнула, я не шутил и не преувеличивал. Ты живешь всеми презираемый, а погибать будешь, как бродячий пес.

-Да я тебе!...-вскочил на ноги воин, одним движением выхватывая из ножен сияющий клинок.

-Дэйн, ничего ты мне не сделаешь.-отмахнулся Ая, добавляя в котел щепотку базилика.-Уходи.

-Твой город разбит, колдун! Я победил!- улыбнулся Дэйн.-Я не оставлю в живых никого, никого,слышишь?!

-Твое войско уберется отсюда еще до зари, поджав хвосты, как гиены.-спокойно парировал колдун.

-Уж не с твоей ли помощью, грязный старикашка?!-взревел Дэйн.-Что ты там варишь? Уж не нектар неуязвимости для твоих жалких Светлых прихвостней?

Котелок, подброшенный в воздух могучей рукой воина, с глухим звоном ударился о стену. Его содержимое растеклось по деревянному полу.

-Вот олух…-покачал головой колдун.-Разлил такой замечательный суп…


-Линго!Линго!!!

Воин приоткрыл один глаз и обнаружил около себя закутанного в балахон старого мага.

Ая интенсивно тряс его за раненое плече. Линго поморщился и сбросил его руку.

-Как ты сюда попал? Я уверен, что тебя не было среди выживших.

-Ну, среди умерших,допустим, меня не было тоже.-парировал Ая.-Сейчас не время для шуток. Следуй за мной.

Линго огляделся. Люди спали тяжелым сном.Он поднялся, потянулся, разминая затекшие мышцы, и шагнул вслед за колдуном в чернеющий в стене проем.


-Ну ничего себе!- Линго выбрался из длинного хода и ощутил на коже прикосновение свежего, предрассветного ветра. Маг указал тонким старческим пальцем на горизонт. Там, где низкое небо сходилось воедину с волнующимся морем, драгоценным камнем сияла Аврора.

-Утренняя звезда…-пробормотал воин.

-Вас может сейчас спасти только древняя, как мир, магия Утренней звезды.- колдун невнятно бормотал, кутаясь в свой балахон.-Обратись к Авроре, п о ч у в с т в у й ее, поговори с ней. Теперь все зависит только от тебя.


Линго не знал, сколько прошло времени. Он мысленно обращался к богине Авроре, прося его дать своему народу избавление от беды. Он не замечал и того, как с каждой минутой ясное предрассветное небо зпаолняли свинцовые тучи. Кое-где ночь разрезали тонкие росчерки молний.

Очнулся он, лишь когда молния ударила в замшелый камень у его ног. Линго отшатнулся и закрыл рукой глаза.

Кто-то легко провел пальцем по его щеке. Воин открыл глаза. Перед ним стояла молодая девушка в белоснежной, струящейся светом тунике. В ее бездонных глазах плескалось такое умиротворение, такое глубокое сопереживание, что все беды и несчастья сразу отступили на второй план. Линго, словно завороженный, протянул руку, чтоб коснутся ее одежд, но пальцы встетили лишь холодный воздух.

-Кто ты?- спросил он и немного отступил.

-Я Аврора, дитя мое, я –Утренняя Звезда. Ты призвал меня.

-Спаси мой народ, Аврора.-тяжело опускаясь на колени, попросил он.-Он достаточно страдал.

В глазах Авроры появилась бесконечная грусть.

-Я могу помочь тебе, но цена будет слишком высока.

-Я готов на все!-горячо воскликнул Линго, поднимая взгляд.-На все, слышишь?

-Магия Утренней звезды, древняя, как само мироздание, взамен на исполнение желания забирает жизнь просящего. Это жестокая магия, и тут ничего не поделать. Ты воплотишься в оружие, которое принесет твоему народу долгожданный мир. Готов ли ты на эту жертву?.

-Да.-не колеблясь, ответил воин.

-Ну что ж, будь по твоему, дитя мое- ответила Аврора и подняла руку.

Мир вокруг потерял свои очертания во вспышке яркого света.


-Народ, пришло время встать с колен!-ликующий голос колдуна эхом отразился о своды подземного зала, разбиваясь на осколки.

Люди непонимающе смотрели на Аю.Колдун держал высоко над головой булаву, на конце которой, подобно лучам утренней звезды,расходились тонкие шипы. Булава, противореча всем законам мироустройства, озаряла сумрак чистым, радостным светом.

-Что это?- спросила Айса, жена старейшины, недоверчиво подступая ближе к колдуну.

-Это то, ради чего храбрейший воин отдал свою жизнь. То, что принесет нам мир на тысячи и тысячи лет.Поднимайтесь, люди! Давайте докажем всем, что это наша земля, и что мы не хотим, чтобы нашу родную землю поливала кровь, никогда больше!

И свечение оружия авроры отразилось во взгядах и душах почти потерявших надежду людей.


Темное войско, разбившее лагерь невдалеке от церквушке, проводило время в праздности и развлечениях. Их глава Дэйн, изрядно налившись выкраденным из разоренных домов вином, подзадоривал выкриками двух сошедшихся в споре воинов.

-Дэйн!Дэйн! –вдруг крикнул кто-то позади него.-Смотри, у церкви!

-Что за ерунда!-проворчал Дэйн, с трудом фокусируя взгял на руинах.Однако увиденное заставило его мгновенно протрезветь.

Жалкая кучка оставшихся в живых горожан с пылающими решимостью взгялами шла прямо к его лагерю. Во главе ковылял Ая, неся в руках странную шипастую булаву.

-Ненормальные. – пожал плечами Дэйн.-Сами вышли на свою казнь. Я все же убью этого глупого мажка, он мне надоел.

Темный воин выхватил из ножен сияющий сталью меч и двинулся навстречу горожанам. Воины Тьмы, радуясь предстоящему побоищу, поспешили за ним.

- Ну что, Ая, ты не хотел по хорошему, будет по плохому.-вздохнул Дэйн,занося меч над головой старика. Лезвие со свистом рассекло воздух, и…остановилось, встретив на пути невиданную силу. Воины замерли.

- Ты молод и глуп, Дэйн!- прогремел колдун .-Ты самонадеянный сопливый мальчишка!

Он взял из рук ошалевшего воина меч и отбросил его в сторону. Дэйн лишь беспомощно хлопал глазами.

-Я надеюсь, что когда-нибудь, ты все же образумишься…Хотя вряд ли….Убирайся,Дэйн, или я убью тебя.

-Нет!-мотнул головой Дэйн, сжимая кулаки.-Нас много! Ты не одолеешь нас своими глупыми шарлатанскими штуками!

-Где же твои воины, Дэйн?-насмешливо спросил Ая.

Дэйн обернулся. Воины Тьмы понемногу отступали, оставив его одного.

-Пришло новое время!-воскликнул колдун и поднял булаву.

Сияние солнечного света звдруг заполнило истерзанный город. Свет, ослепительный и безграничный, озарил каждый уголок, каждый камень разбитой главной площади. Темные воины в панике заметались, сбивая друг друга с ног. Бежать, бежать, бежать подальше от этого странного места и от этого страшного старика с печальной улыбкой- мантрой стучало у них в висках.

Дэйн зло взглянул вслед улепетывающему войску.Жители города, израненные, усталые, с улыбкой подставляли лицо первым лучам восходящего солнца.

-Уходи,Дэйн…Или я убью тебя.-снова сказал Ая, опустив булаву.

-Я еще вернусь!-зашипел темный воин,пятясь к городским воротам.

-Не думаю…Покачал головой старик. Луч солнца скользнул по его ярким,молодым зеленым глазам.-Не думаю…


Так появился могучий клан, избравший своим символом булаву «Утренняя звезда», клан, который никогда не боялся врагов и всегда оставался единым целым, клан, который отныне и вовек был хранителем хрупкого баланса меж Тьмой и Светом… Но это уже совсем другая история.

Эта история началась ранним весенним утром в конце марта. Но даже в столь раннее время, в столице с самого восхода солнца кипела жизнь. За окнами общежития уже первые воины выползали на улицу, носящую название Страшилкина и, начищая свои доспехи, готовились к будущим сражениям.
Вот и наш герой, сладко потягиваясь, протирая глаза руками медленно, неспеша и с отточенными годами холостяцкими движениями, продвигается на кухню, дабы перекусить чего-нибудь. На сундуке, пылившимся уже сколько времени в углу комнаты, гордо возвышается целая гора всяческого не нужного хлама – предметы из различных пещер, подарки от случайных знакомых, банка с едой для совы, которая, судя по дате изготовления, к нынешнему моменту могла быть приравнена к мусору.
Наш герой, блуждая как нуб в новом городе по своей квартире, обращает внимание впервые за долгое время на этот сундук и бросает пытливый взгляд в его сторону. Сундук же, как оставался невозмутимым все это время под слоем пыли, так и по-прежнему стоит на своем. Почесывая трехдневную щетину, наш герой, приблизившись к нему, пытаясь, конечно же, своим сильным порывом дыхания сдуть всю эту субстанцию, чем естественно, поднимает ее в воздух и пускает внутрь своих легких. Откашлявшись и чертыхнувшись, он разбирает все нажитое честным трудом, небогатое состояние своего ларчика, замечает лежащую обособлено пожелтевшую от времени, бумагу, которая когда-то ему выпала в одной из пещер и так до сих пор не пригодилась. На ней были написаны какие-то диковинные слова, состоявшие из не менее причудливых букв. На момент такой вот находки, никто из окружения героя так и не смог понять, что же пытались сказать те, кто столь каллиграфическим почерком, выводил буквы на этой смеси целлюлозы, растений и прочего вторсырья.
Недолго подумав и прислушавшись к урчанию своей голодной внутренности (в холодильнике было столь же просторно, как в Санд–Сити во времена самых ужасных погодных условий, потому это и не было удивительным), он решил сунуть ее к себе в карман, дабы на торговой площади всунуть ее какому-нибудь простофиле или иноземцу.
Выйдя на улицу и быстрым шагом дойдя до главного здания города, именовавшимся клубом, он поднялся на 2-й этаж, где значилась торговая гильдия, где всегда было много прихожан и людей из глубинки страны, где в соседнем кабаке можно было всегда услышать самые свежие сплетни, где рыцари с некой присущей им буффонадой, направлялись в залы арены сражений.
И, конечно же, именно здесь неподалеку обитал странный старик, настоящее имя которого никто не знал, так что все его попросту называли Захар.
- « Война войной, а обед по распорядку » - подсказал желудок разуму нашего героя, и потому, он, недолго размышляя над своими действиями, решил заглянуть в трактир.
Внутри было много народу, как в принципе, и обычно. Это вообще надо признать, было излюбленное место всех жителей столицы, а в навигационных программках приезжих, это место так же было отмечено, как рекомендуемое к посещению. Все самые лучшие места, естественно были заняты и потому, пришлось воину усесться за столик у барной стойки.
- « Кровопролитного дня – обратился он к бармену – мне как всегда, Джо, бутерброд. Ну ты меня понял, да?»
- «О, черт тебя дери, Niipacca, ты все по-прежнему на мели? Все самый отвратный продукт жуешь своими челюстями? Когда уже поставишь доброму дядюшке Джо по прозвищу «Пупок» что-нибудь стоящее, а?»
- «Да ну тебя к черту, Джо! – Niipacca небрежно махнул рукой, - ты же знаешь, что я просто люблю этот дрянной бутерброд! »
- « Он тебе нравится просто потому, что ты уже и не помнишь на вкус настоящей еды. Вот что я тебе скажу, дружище – как человек, который в этом мире тебя знает уже не так мало времени и искренне сочувствующий твоему треклятому бедствующему образу жизни, решил поделиться с тобой такой вещью, как вот эта вот безделушка».
С этими словами, Пупок просовывает руку куда-то под стойку и вытаскивает небольшую булаву с набалдашником в виде ежа, всего утыканного острыми шипами, словно колючками.
- « Я думаю, с этой штукой ты сможешь себе раздобыть хотя бы парочку кредов на более-менее приличное существование в этом мажорном и пафосном городе.
- «Оу, спасибо, конечно же, Джо. Ты прекрасен. Я говорил тебе это ведь, говорил? И совсем не потому, что ты мне продаешь бутерброды в долг. Ты просто прекрасен. Да. Да. Надо бы эту штукенцию, которую я впервые вижу, но судя по конструкции очень похожую на Моргенштерн, пустить в дело. Я, правда, пока еще не придумал как, но Джо, поверь, в скором времени я вернусь и закажу себе тевтонский стол!
С этими словами, Niipacca с вожделенным любопытством разглядывал булаву, весом порядка полутора килограмм, и выпятив нижнюю губу, крутил и вращал, рискуя тем самым разбить тару или же голову случайного проходящего рядом. Но это его ничуть не смущало.
- « Кстати, Джо, а приемный ли сегодня день у господина Захара? А то я тут заскорузлую бумагу у себя среди прочего антиквариата нашел. Думаю, вот наведаться к нему. Думаю, он ей заинтересуется».
Пупок оценив шутку Niipacca, громко рассмеялся. – « Друг, ты же знаешь, что он никогда из своей коморки не выходит. Так что он там, ставлю 1000 кредитов на это!»
- « Ну, вот и распрекрасно. Пойду я, пожалуй. Время не ждет!» - рассмеявшись, Niipacca встал со стула и направился к выходу, цепляя булаву на пояс так, чтобы она не била по бедру.
- «Удачи, друг!» - крикнул Пупок и в знак дружбы, поднял кулак.
Выйдя на улицу, наш герой тут же попал в стремительный поток воинов, снующих туда-сюда по своим воинским делам. Присоединившись к потоку, что двигался в сторону того места, где обитал странноватого вида старикан, Niipacca бодро зашагал по заданному направлению.
Вскоре, увидев табличку над одним из дверных проемов – «Захар» - а это все, что осталось от висевшей изначально вывески «Знахарь», после того как буквы «н» и «ъ» отвалились сами собой от времени ( собственно, поэтому под именем Захара все подразумевали персонажа Знахарь), Niipacca отделился от потока и предварительно постучавшись, вошел в лавку ведуна.
- «Здравствуйте, Ваше мудрейшество! » - почтительно обратился к старцу Niipacca. – « Я к вам с одним вопросом пришел ».
Все то время, которое Niipacca провел в лавке старика, тот не обратил на его присутствие ни малейшего внимания и по-прежнему стоял к нему своей сгорбленной спиной.
Тем временем, Niipacca продолжал: - « У меня вот листок тут обнаружился в сундуке, выпал мне в одной из пещер. Но тут как-то все не по-нашему написано. Слова какие-то странные, закорючки непонятные. В общем, я надеюсь, что ВЫ поможете разобраться, что к чему, ведь так?»
Старик закопошился в своих свитках и пробубнил себе под нос – « С чего это я тебе буду помогать? Цены на весь вид моих услуг указаны при входе. А расшифровка какой – то там ерунды в мои обязанности, установленные Ангелами, не входит.»
Niipacca взмолившись, сделав жалостливое лицо, как у некормленой неделями собаки при виде куска мяса, дрожащим голосом принялся уговаривать Захара ему помочь.
- « Ну уважаемый вы наш ну расчудесный вы наш, ну помогите, ну в самом деле? Ну что вам стоит? Ну если ни к вам, то к кому? Ну я вас очень прошу!»
Через минут 15-20 , старик все же проворчав что-то нечленораздельное, согласился помочь нашему герою.
- « Так, хватит уже тут сопли разводить. Ишь, того и гляди разревешься как нуб, у которого зуб отняли! Давай сюда свой листок!»
Niipacca, обрадовавшись тут же протянул аккуратно сложенную вчетверо страницу Захару.
- « Доваы беы, славны гагаш! Пачиму удар ни поападает!» - словно мантру читал Знахарь эти иноземные слова. – «Боы образуы, наим позавиы, славны гагаш!»
Niipacca слабо представлял, что означают эти совершенно непонятные фразы.
Наконец-то, закончив чтение этих странных фраз, Захар ответственно заявил:
- « Не знаю, где ты это взял, но эта страница является очень значимым артефактом, дающий Великим Воинам существенное превосходство в бою. Предлагаю тебе продать тебе этот листок, с которым ты все равно не сможешь грамотно обращаться. Скажем, тысяча кредит тебя устроит?»
У нашего героя от такой резкой смены событий аж челюсть отвисла.
- « Сколько-сколько вы сказали? Одна тысяча кредит? А впрочем,… это мало. Такой воин как я, – тут Niipacca вытащил свой Моргенштерн и начал им вдохновлено размахивать, пытаясь убедить Захара в своем великолепном умении владеть оружием - может смело рассчитывать на две тысячи кредит!»
С этими словами он, не уследив за траекторией полета оружия, опустил булаву на стол, стоявший рядом.
Захар опасливо посмотрел на оружие нашего героя, после чего ответил:
- « Ну, хорошо. Я готов пойти на это. Все же в наше время это действительно редкость. Держи свои две тысячи кредит и проваливай! Я и так сделал для тебя слишком много и слишком, я бы сказал, бесплатно».
Счастливый Niipacca спешно вышел на улицу и решил прогуляться с мыслью о том, как ему получше «расправиться» с этой суммой, как облегчить свои приятно оттопыренные и отяжелевшие карманы
- « О, вот это да! Как я обвел старика вокруг пальца! За какую-то бумажку, что лежала у меня в сундуке и пылилась без дела, я выручил две тысячи монет! Да ведь это же неплохой капитал! Куда бы мне его вложить…»
Niipacca задумчиво огляделся вокруг. Он стоял на одной из прилегающих к Центральной площади улиц, на которой так же значились здания аукциона, банка, зоомагазина и центра клановой регистрации.
« Хм, а почему бы и не войти в историю как основатель клана? Первым, например, кого я к себе возьму, будет определенно Джо! Вот нам с ним точно скучно не будет!
Так, отлично! Нужная сумма у меня на руках, осталось самое малое – выбрать название клана…»
Niipacca шел в сторону регистратуры кланов и все никак не мог придумать что-то, что ему бы подошло в качестве наименования общества руководимых им коллег по воинскому цеху. Но тут его булава, которую он плохо прицепил к своим доспехам, когда покидал Знахаря, больно обожгла ногу, неприятно ударив его.
« Ааа!!! Чертов Моргенштерн! Больно- то как! Адская, прямо-таки боль!» - Niipacca скрючился от боли прямо перед самой дверью здания. – « О! А что, вполне даже неплохо звучит – Morgenshtern! Угрожающе, по-иноземному оригинально и вполне ощутимо!» - он снова потер горевшее от боли бедро. – « Да, пожалуй, так и назову свой будущий клан – Morgenshtern. Братство Утренней Звезды.»

Смысл жизни

- Сегодня я должен победить, ну кто, если не я? Всю свою жизнь я шел к этому, набирался опыта и знаний. Только я достоин получить награду и больше никто. Никто не встанет у меня на пути.
С такими размышлениями по пыльной, залитой испепеляющим солнцем дороге ехал всадник. С первого взгляда можно было понять, едет не новичок и даже не бывалый солдат. Седое, уставшее лицо, с впалыми, но, тем не менее, не потухшими глазами, вселяло уважение к этому человеку. Случайный путник, встретившийся на его пути, только и мог, что остановить коня и с благоговением смотреть на проезжающую мимо него исполинских размеров фигуру. Огромный Плащ синего цвета скрывал могучего всадника. Такие плащи нельзя было купить или добыть в бою. Их получали только лучшие из лучших, те кто доказал свою преданность к своему занятию, своей кровью и временем. Такие плащи давались только одним людям- ветеранам.
К огромному черному доспеху были прикреплены два остро заточенных топора ,при виде которых, женщины с криками «убивают» падали в обморок, а мужчины тихо скрипели зубами, разворачивались и уходили с дороги. На груди воина красовалась куча медалей: Рыцарь первого круга, Храм знаний, Защитник города и многие другие, которые вселяли уважение и страх.
Ему было не до проблем этих людей. Они его не волновали. Они были ему безразличны. Их просто не существовало. Уж слишком разными они были, слишком разные судьбы и цели. Ах да, Цель. У каждого она своя. Каждый стремиться к ней но не каждый доходит. Уж слишком часто судьба-злодейка расставляет на жизненном пути свои капканы. Воин знал это не понаслышке. А еще он знал - своей цели он достигнет. Он решил это уже давно, когда встал на этот путь. Он получит то, что хочет.
Солнце еще не успело перевалить за полдень, как за очередным поворотом показался город. С виду ничем не примечательный, но первое впечатление, как известно обманчиво. Огромные Ворота впускали каждого, кто хотел зайти в них. Но не каждому было суждено пройти по ним еще раз. Новичков здесь калечили сразу и выкидывали как не нужный мусор. Бывалые солдаты боялись выходить на площадь, чтобы не попасть под «гнев» скучающих ветеранов. Торговцы-барыги не давали прохода, надоедая продажами своих бесполезных вещей. Это было обычное утро, легендарного города. Новый день встречал Кэпитал Сити.
Могучий конь уже с трудом передвигал копыта. Воин гнал его бесщадно. Тяжелые доспехи и не менее тяжелый всадник не доставляли коню радости. Однако он, отплевываясь пеной, вез своего хозяина вперед. Они вместе прошли не одну сотню битв и конь хорошо знал, что будет если он неповинуется хозяину. Один раз по глупости он уже совершил такую ошибку…
Наконец копыта застучали по деревянному мосту. Всадник, погруженный в свои мыли, словно проснулся и тряхнул головой, снимая какое то оцепенение. Сняв шлем, и высоко подняв голову, он погнал коня на центральную площадь. Было ясно, здесь воин не первый раз, здесь его знают, он заслужил уважение города.
Воин въехал в столицу.
Город встретил его пустынными улицами и мрачными переулками. В городе царила тишина. И воин знал почему. Он посмотрел на палящее солнце. «Пора бы поторопиться, иначе можно не успеть на день своего торжества. Нехорошо опаздывать в такой день. В день когда я достигну Цели» - Воин не сомневался в этом. Он пришпорил коня и поехал к центральной площади, единственному месту в городе, где царило оживление и чувствовалась жизнь.
Его увидели еще издалека. Кто то приветливо заулыбался и помахал рукой, а кто то, недобро сверкнув глазами, опустил руку на оружие. Старые друзья и старые враги. Они воевали уже столько, что впору можно было назваться семьей. Вот только не было у этой семьи счастливого будущего. По крайней мере, сегодня. Сегодня будет каждый сам за себя. Сегодня тот, кто вчера сражался с тобой плечом к плечу, прикрывал тебе спину и делил с тобой хлеб, будет тебе смертельным врагом. Все сентиментальности и прочие человеческие чувства сегодня отходили на второй план. Слишком высока цена в этот день. В день Великой Битвы.
Через несколько мгновений начнется! – прогремел голос на всю площадь.- То, чего вы все ждали! То, к чему все стремились! Сегодня начнется Великая Битва! О ней будут складывать легенды и песни, о ней будут рассказывать маленьким детям, ее будут вспоминать в трактирах и кабаках. Сегодня, Вы, Лучшие из Лучших, примите участие в Великой битве, за право обладать уникальным артефактом, дающим нечеловеческие способности. Сегодня Morgenstern найдет своего обладателя!
При упоминании артефакта, вся площадь восторженна заорала и загремела оружием.
Всех, кто был на площади, стали разбивать на пары и разводить по комнатам. Воин знал, сейчас будет отборочный тур и потом 10 лучших сразятся между собой в смертельной битве за право обладать этим уникальным артефактом.
«Ну...началось, подумал Воин» и обнажил оружие.
Великая битва началась.

Малиновый рассвет над рыцарством твоим.
Одна на всех удача, и правда, и вина.
Родня для нас успех, его мы повторим -
Героев не страшит ни буря, ни война.

Ещё не раз в бою прикроем спину друга,
Неважно что нас меньше, мы верою сильны.
Сегодня, как вчера, клинок в руке упруго
Шанс уравняет наш хоть против сатаны.

Трубит горнист поход, и значит путь-дорога.
Ещё не всё пропето и выпито вино.
Рассвет кипит в крови, и нужно нам немного.
Надежда и любовь - иного не дано.

Morning is coming and this is a wheel of the time,
Only the dead can feel nothing of that.
Right at the sunrise we’ll proudly stand in the line,
Giving the world our sacred and righteousness debt!

Even the truth and the lie are not a measure of us,
Noble weapon is always replacing the law of the jungle,
Sorry, God, the only pray we can do is what we say thus:
Hope, our way will always be right and never be bungle…

There are a lot of values fabricated, but we have only ours,
Each reckons in confidence that happiness lays in his pocket,
Remember when rogues were awarded, remember discreditable hours,
Now we’ll change something through Morgenstern with beam as a locket!

M ы рождены с дубинами в руках
O тлиты наши панцири из звезд
R ушим врагов заклятых в пух и прах
G ерои океанов материнских слёз

E сть только братство, крепкое как камень
N е сломит нашу веру ни стрела, ни слово
S тоять мы будем за сестёр и братьев рьяно!
H ватит зевать мертвец! Давай сюда другого!

T ерзания покроют твое тело, душу, мысли
E сли решишься сделать шаг трусливого шакала!
R ешением суда Звезды дубина правосудия зависнет
Nад совестью твоей ... запомни, что добро всегда и всюду побеждало!